пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅ

[Zabougornov]

Интересная статья, непонятно только была ли опубликована статья в каком-либо физическом журнале по поводу этого открытия.

"Известия" N
52 (25890) от 24.03.2001
Десант на остров стабильности
Российские физики сделали открытие, которое претендует на Нобелевскую премию
Юрий Оганесян

В 2001 году в ведущих научных журналах мира появилась серия статей об открытии 114-го и 116-го химических элементов Периодической таблицы Менделеева. Один из авторов открытия - член-корреспондент РАН Юрий Оганесян из Объединенного института ядерных исследований в Дубне. Не является ли поиск новых элементов современной модификацией подсчета количества ангелов на кончике иглы, чем увлекались средневековые схоласты? Какое значение имеют для науки эти открытия? Отвечает научный руководитель лаборатории ядерных реакций имени Флерова, лауреат последней премии Европейского физического общества Юрий ОГАНЕСЯН.

Недавно вечером, когда как назло все не ладилось, ко мне пришли электрики и заявили, что по команде "Мосэнерго" отключают нам рубильник. Я не хозяйственник, в тонкости не посвящен, но точно знаю: права отключать Дубну у них нет. Я был против уступок - уж лучше ученым, которые на жалкой зарплате сидят, деньги раздать. Но руководство института спорить с энергетиками не стало. И той же ночью - невероятная удача. Включили ускоритель и подошли к "островку стабильности", о котором мечтали физики всего мира...
Еще в школе каждый любознательный ученик задается вопросом: сколько в природе химических элементов? Учителя учат: самый легкий - водород, самый тяжелый - уран, но концепция строения материи предполагает, что могут существовать сверхтяжелые элементы. Но сколько? Ядро по теории вратаря сборной Дании на Лондонской Олимпиаде 1908 г. и гениального физика Нильса Бора традиционно представляется как капля жидкости. Чем тяжелее трансурановый элемент, тем выше скорость его распада, тем меньше он живет. Бор предсказал: 104-й элемент - последний в Периодической таблице. За ним время жизни элементов настолько мизерно, что говорить о стабильной материи бессмысленно. Кстати, о названии живущего (в зависимости от типа изотопа) от одной десятой до нескольких десятков секунд 104-го элемента - резерфордия, или курчатовия - велись многолетние научно-политические споры между СССР и США.
Однако теоретики (первые публикации родились в Дубне) подсчитали, что в конце Периодической таблицы должны существовать так называемые островки стабильности, где время жизни элементов столь же велико, как для урана. Эти островки десятилетиями в космосе и на Земле искали и синтезировали ученые всего мира. Результат - нулевой, руки опустились. Возникло ощущение, что теоретические выкладки ошибочны, мы ничего не знаем о материи. Эксперименты повсеместно прекратились. Но мы решили, что есть еще один, неопробованный путь.
Поставили эксперимент, в сотни раз более чувствительный. По существу построили новый ускоритель, способный генерировать самый интенсивный в мире пучок. Потратили все деньги, то есть пошли ва-банк. Для эксперимента нам понадобился плутоний с массовым числом 244. Он был только у американцев, они наработали его в подземных ядерных взрывах, безуспешно пытаясь получить сверхтяжелые элементы. Вывезти плутоний - даже в научных целях - из США очень сложно. Невероятно, но это получилось. Помогли также физики из ФРГ, которые изобрели способ детектирования частиц, и физики из Франции, где созданы уникальные методики для ускорителей высокой интенсивности.
Работали день и ночь. И вот получили результат, похожий на тот, что искали. Потом еще один результат. Потом - еще. Время жизни элементов доходит до десятков секунд, до минут. Это гигантское время! Получено семейство радиоактивных изотопов элементов с номерами 108, 110, 112, 114 и 116, каждый из которых отличается высокой стабильностью.
Итак, мы подошли к границам легендарного островка стабильности. Ощущение такое же, как, наверное, было у мореходов, открывших долгожданную землю. Дело не в открытии очередных элементов - это принципиального значения не имеет. Важно то, что теперь есть основания говорить о новых, ранее неизвестных структурах материи. Если существуют "магические" сочетания протонов и нейтронов, если островки стабильности уходят в бесконечность, если в природе имеются элементы с массовым числом 300, даже 500, это революция не в науке - во всем нашем мировоззрении.
Нельзя исключить присутствия таких элементов в окружающем мире. Если они будут найдены, то могут служить источником энергии. Практические последствия немыслимые. Критическая масса для плутония - 20 кг. У новых элементов она составляет миллиграмм и меньше. Это новая субстанция, которая содержит такие количества энергии, о которых страшно подумать. Понятие "энергетический кризис" становится бессмысленным. В космологии исследования дают толчок пониманию происхождения элементов, звезд, нашего Солнца, жизни на Земле. Чем выше скорость элементарных частиц, тем глубже мы уходим в историю Вселенной. И скоро докопаемся до самой сути...
Что дальше? Мы разрабатываем эксперимент, цель которого состоит в поиске полученных искусственно элементов в живой природе. Их химические свойства известны - это уже не поиск черной кошки в темной комнате. Обогащая породу, мы имеем шанс обнаружить элемент, ценность которого несравнима с философским камнем.
Верю в удачу, хотя ученый не застрахован от ошибок. Первая крупная премия, полученная в Дубне в начале 60-х, была вручена за открытие новой элементарной частицы анти-сигма-минус-гиперон. Красивая работа, но через много лет выяснилось, что она была ошибочной, нет такой частицы. Что ж, мы занимаемся очень сложным делом. И оно стало смыслом жизни.
...А с "Мосэнерго" мы в итоге подружились. Когда электрики узнали, чем занимаются ученые, они дали нам грант на работы по синтезу новых элементов. Еще один грант неделю назад получили от губернатора Московской области. И хотя бюджет Дубны в 20 раз меньше бюджета европейского ЦЕРНа, по моим прикидкам, в этой области мы опережаем мировые центры года на два-три.
* * *

Академик Олег НЕФЕДОВ:
- Самое интересное в науке - то, что находится на границе областей и достигается с участием специалистов разного профиля. Эта блестящая работа - яркий пример того, что можно сделать совместными усилиями ядерных физиков и химиков. И это фундаментальный вклад в науку. Одним из самых ярких открытий отечественной науки является закон Менделеева. Сегодня эта область переживает не только второе - новое, современное рождение. Это эволюция Периодической системы Менделеева.
Получить выдающийся результат непросто. Не менее сложно получить признание мирового сообщества, которое, хотим мы или нет, в большой степени контролируется американцами. Очень хотелось бы, чтобы приоритет российских ученых был оценен по заслугам.
* * *

Член-корреспондент РАН Юрий АБОВ:
- Это прорыв. И это, прямо скажем, работы нобелевского уровня. В лаборатории имени Флерова ведутся исследования в физике столкновения тяжелых ионов. При столкновениях возникает новая ядерная материя. Она обладает особыми свойствами. Элементарные частицы ведут себя по-другому, не так, как в вакууме. Для того чтобы понять природу взаимодействия частиц с ядерной материей, нужно знать ее свойства. Они изучаются с помощью эмиссии нейтронов, гамма-квантов, альфа-частиц, спонтанного деления. В материи возникают фазовые переходы. И эти фазы могут сосуществовать друг с другом. Это особая физика. На наших глазах возникла физика плазмы. И уже ясно, что существует другая физика - физика ядерной материи. И в этой области мы ушли вперед. Здесь флагманом не только в России, но и в мире является лаборатория Оганесяна. Повторяю, получены результаты нобелевского уровня. Не наша академия это решает, не мы присуждаем премию, но кое от кого из академиков это тоже зависит.
* * *

Академик Александр АНДРЕЕВ:
- Мы должны поздравить физиков из Дубны с безусловно выдающимся открытием. Область, которая развивалась в Дубне и в которой мы были лидерами, привела к отрогам острова стабильности. Это не то открытие, которое завершает какую-то деятельность, наоборот - это открытие, которое ведет вверх. Уверен, мы будем свидетелями еще более знаменательных открытий в этой области. Конечно, когда такое событие происходит, сразу возникает желание поговорить о том, какая может быть премия, как назвать элементы...
_________________
A la guerre comme a la guerre или вторая редакция Забугорнова