пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅ

[Zabougornov]

http://www.newsru.com/world/13nov2008/pogovorili.html
Французская пресса: в разгар кавказского конфликта Путин грозился подвесить Саакашвили "за яйца". Но их спас Саркози

Путин грозился подвесить Саакашвили "за яйца". Но их спас Саркози
Саркози встречался с Путиным и Медведевым, пытаясь убедить их прекратить боевые действия в Грузии и не брать Тбилиси
Саркози, заявив, что Москва имеет право защищать своих граждан за пределами России, "поддержал неоимперскую пропаганду Кремля"

Драматичную сцену, произошедшую с участием президента Франции Николя Саркози, премьера России Владимира Путина и президента Дмитрия Медведева описывает французский журнал Nouvel Observateur, передает сайт InoPressa.Ru. Эта сцена произошла в Кремле 12 августа, в разгар военных событий на Кавказе. Саркози встречался с Путиным и Медведевым, пытаясь убедить их прекратить боевые действия в Грузии и не брать Тбилиси. Как следует из текста статьи, у Саркози имелись перехваченные французскими спецслужбами данные: значительная часть российской армии намерена пойти до конца и свергнуть Саакашвили. Кроме того, Саркози знал или полагал, что знал: Кремль создал "марионеточное" грузинское правительство, которому якобы должна была перейти власть.

Со слов дипломатического советника Елисейского дворца Жана-Давида Левита журнал публикует диалог французского президента с российскими лидерами. Саркози сказал им, что они не должны идти на подобный шаг, потому что мир этого не допустит.

Какой диалог случился между Путиным и Саркози (версия Nouvel Observateur)

Путин: Я этого Саакашвили повешу за яйца
Саркози: Повесишь?
Путин: Почему бы и нет. Американцы же повесили Саддама Хусейна.
Саркози: Да, но неужели ты хочешь закончить как Буш?
Путин: Тут ты прав.

Таким образом, пишет автор статьи, "Саакашвили спас свою голову и свои..." Левит убежден, что Саркози сыграл огромную роль в процессе мирного урегулирования, хотя многие упрекают его в том, что он был слишком лоялен к русским. "Все это вздор", – отвечает на их обвинения Левит по прозвищу "Дипломатор".

Однако главный пафос статьи - обличение не Путина, а Саркози: потакая Кремлю, тот совсем превратился в русского.

- Саакашвили досталось и от дипломата Лаврова: тот обозвал его fucking lunatic
- Хроника превращения Саркози в "русского"
- Саркози уже судился с Nouvel Observateur
- Владимир Путин как знаток уличного сленга

Журналисты теперь обвиняют Саркози: тот отказался от критики Кремля и теперь поддерживает его

По мнению автора статьи, Саркози, заявив, что Москва имеет право защищать своих граждан за пределами России, "поддержал неоимперскую пропаганду Кремля". И хотя он позже сказал, что русские вернутся на позиции на момент начала конфликта, сегодня этого не произошло, напротив, российские войска заняли те части Грузии, где их не было до конфликта (Кодорское ущелье и Ахалгори), и не допускают европейских наблюдателей в Южную Осетию и Абхазию. И Саркози в ответ якобы только "аплодирует Кремлю", благодарит его за выполнение всех обязательств и говорит о возможности возобновления прежних отношений.

"Иными словами, пора обо всем забыть и принять действия России на Кавказе как свершившийся факт, своеобразное "Косово наоборот", – считает Ален Мин.

По словам российского официального лица, Саркози сделал как раз то, на что надеялась Россия: "фактически дал благословение на аннексию Абхазии и Южной Осетии". И теперь он – "лучший друг России в Европе", хотя после его избрания все были очень обеспокоены. "Кто мог представить, что произойдет такой поворот?" – цитирует журнал его слова.

Ведь во время предвыборной кампании, напоминает издание, Николя Саркози выступал за защиту прав человека в России, против "реальной политики" Жака Ширака, утверждал, что "лучше пожать руку Бушу, чем Путину", обещал пригласить в Елисейский дворец в случае своей победы Гарри Каспарова и тепло отзывался о своем друге "Мише" Саакашвили. Владимир Путин тоже относился к нему холодно и поздравил с избранием только через несколько дней, тем более что первым главой государства, принятым новым президентом Франции, стал не кто иной, как Саакашвили. Но, как отмечает Жан-Давид Левит, после выборов пришло время подумать о Франции и ее интересах, и тогда подход Саркози к России радикально изменился. "Вдруг команда Саркози дала нам понять, что хочет сохранить те же отношения, что были при Шираке", – приводит журнал слова российского источника.

Это отразилось и на назначениях, произведенных Саркози: ключевые посты не достались сторонникам жесткого отношения к России. За внешнюю политику стали отвечать люди, давно знакомые и поддерживающие хорошие отношения со своими российскими коллегами: Бернар Кушнер знал Сергея Лаврова по работе в ООН и был с ним на "ты", Жан-Давид Левит был дипломатическим советником Ширака и коллегой Лаврова по ООН в момент, когда Франция и Россия выступили против США в связи с иракской войной.

"И это еще не все", продолжает автор статьи: кабинет министров возглавляют люди, выступающие за укрепление связей с Москвой, среди них – сам Франсуа Фийон, его ближайшие советники Жан де Буасю (бывавший в Москве еще с Помпиду) и Игорь Митрофанофф, "оба они прекрасно говорят на языке Пушкина".

Хроника превращения Саркози в "русского"

Итак, "все готово для "интенсивных" франко-российских отношений", говорят во французском МИДе. В июне 2007 года на саммите G8 Саркози впервые встречается с Путиным, который производит на него огромное впечатление. "Они будто созданы для того, чтобы понять друг друга", – отмечает автор статьи. Николя пытается очаровать Владимира. В перерыве между переговорами он звонит Сесилии по мобильному телефону, затем передает трубку Путину: "Я поспорил с ней, что ты с ней поговоришь". Через несколько дней Путин звонит Саркози – "любезность за любезность" – и говорит, что выбрал французскую нефтяную компанию Total из списка кандидатов на совместную разработку Штокмановского месторождения в Сибири. "Отличный подарок для скрепления зарождающейся дружбы", – иронизирует издание.

Спустя несколько месяцев, в октябре 2007-го Путин принимает Саркози на своей даче, они обсуждают вопросы международной политики, Россия обещает поддержать Францию в Ливане и Чаде. На встрече с журналистами Саркози восхищается Путиным, его умом и открытостью. Однако, отмечается в статье, не все прошло так гладко: Путин категорически отказался усилить давление на Иран. Саркози объяснили, что это "методы КГБ", он был "разочарован и растерян, но продолжал донимать главу Кремля своими ухаживаниями", пишет издание.

В декабре 2007 года "Единая Россия" побеждает на сфальсифицированных выборах: Меркель и Браун сомневаются в их демократичности, Саркози же спешит поздравить Путина. Как только об этом становится известно, в Елисейский дворец звонит Андре Глюксман, желая, чтобы президент лучше узнал сущность "неосоветской" власти. В январе 2008-го Саркози тайно принимает ярого противника Путина Владимира Буковского.

Буковский впервые рассказал об этой встрече в интервью Nouvel Observateur: "Андре Глюксман хотел, чтобы я объяснил Саркози, кем на самом деле являются создания, стоящие у власти в Кремле, эти бывшие кагэбэшники, которых я, к сожалению, так хорошо знаю. На протяжении часа я ему говорил, что якшаться с этими людьми опасно, ( что его могут обмануть. Казалось, он соглашался". Но, как признает Буковский, этот визит был бесполезным, потому что Саркози продолжил свои двусмысленные отношения с Путиным и Медведевым.

Весной 2008 года Саркози – снова первым – поздравляет Медведева с победой на выборах, потом посылает в Россию Кушнера, чтобы оценить, насколько тот окажется сговорчивее Путина. По словам Кушнера, по возвращении он сказал Саркози, что Медведев – "не марионетка", с ним можно вести дела. Вот только грузинский кризис чуть было все не испортил. Тогда Саркози придумал план – извлечь выгоду из конфликта, завязав с новым российским президентом особые отношения. 2 сентября французский президент приглашает на завтрак в Елисейский дворец несколько экспертов, среди которых сын Андре Глюксмана Рафаэль, журналистка Лора Мандевиль, политолог Мари Мендра и Элен Каррер д'Анкос, чтобы рассказать о своей новой стратегии. По словам одного из присутствовавших на той встрече, Саркози сказал им, что считает Медведева более либеральным, чем Путин, поэтому ему надо помочь. По его словам, он хотел сыграть ту же роль, что Тэтчер в отношениях с Горбачевым.

Эту "тэтчеровскую" стратегию французский президент применит через неделю, 9 сентября, на подмосковной даче. Во время обсуждения плана из шести пунктов российская сторона заблокировала переговоры из-за одной ключевой фразы, тогда Саркози пригрозил уйти, сказав Медведеву: "Дмитрий, тебе 42 года, ты молодой руководитель, к тебе хорошо относятся. Это невероятный шанс. Не упускай его. Если ты откажешься, я не смогу помешать европейцам принять против тебя санкции. Ты хочешь стать изгоем?" – приводит издание слова французского президента. По словам Кушнера, так Саркози удалось вырвать подпись у Медведева, который, по мнению издания, больше похож на начинающего автократа, чем на будущего Горбачева.

После этого, отмечает автор статьи, "Николя и Дмитрий состязались в любезности": Франция отказалась продать Грузии боевую технику и разрешила российскому крейсеру "Петр Великий" зайти в порт Тулона. Как сообщает журнал со ссылкой на бюллетень Russia Intelligence, Москва сможет скоро покупать французские военные корабли, а президент Alstom Патрик Крон подписал баснословное соглашение с РЖД. И все это – вздор? – задается вопросом автор статьи.

Саркози уже судился с Nouvel Observateur

Отметим, что опубликовавший эту статью журнал Nouvel Observateur обладает не только скандальной репутацией, но и опытом судебной тяжбы с Николя Саркози. Минувшей весной президент Франции судился с его журналистами, которых обвинял в нарушении тайны его личной жизни. Журнал опубликовал SMS, которые Саркози якобы отправлял своей теперь уже бывшей супруге Сесилии. Правда, позднее президент отозвал этот иск.

Глава еженедельника Жан Даниэль признал, что публикация SMS, в котором Николя Саркози якобы просил бывшую жену вернуться к нему, была "ошибкой". В редакционной статье "Ошибка? Да" Даниэль сообщил о том, что президент "сам отдал свою частную жизнь на съедение". "Он открыл дверь в свою личную жизнь, но мы не должны были через нее заходить", - писал редактор.
_________________
A la guerre comme a la guerre или вторая редакция Забугорнова

[Zabougornov]

http://hebdo.nouvelobs.com/hebdo/parution/p2297/articles/a388078-.html
Sarko le Russe
Ou comment le président de la République, qui avant son élection n'avait pas de mots assez durs envers Poutine et rêvait de faire plier Moscou, a fini, au pouvoir, par devenir un partenaire très accommodant. Une enquête de Vincent Jauvert

La scène, qui n'a jamais été racontée, se déroule au Kremlin, le 12 août, en début d'après-midi. Nicolas Sarkozy est seul face à Vladimir Poutine et Dimitri Medvedev. Il essaie de convaincre les deux Russes d'arrêter les combats en Géorgie et surtout de ne pas prendre Tbilissi. Il sait qu'une grande partie de l'armée russe veut aller jusqu'au bout et renverser Saakachvili. Comment ? Grâce aux interceptions des services secrets français ! Selon une note de la direction du renseignement militaire à ce sujet, certains responsables de l'état-major à Moscou conseillent à leurs chefs de foncer puisque la voie est libre. Sarkozy sait aussi - ou croit savoir qu'un pouvoir géorgien fantoche a été constitué par le Kremlin et qu'il est prêt à prendre la relève.
Le président français interpelle Poutine et Medvedev : «Vous ne pouvez pas faire cela, le monde ne l'acceptera pas.» Poutine réplique dans son langage ordurier habituel : «Saakachvili, je vais le faire pendre par les couilles.» «Le pendre ?» demande le président français, effaré. «Pourquoi pas ? répond le Premier ministre russe. Les Américains ont bien pendu Saddam Hussein.» «Oui, mais tu veux terminer comme Bush ?», rétorque Sarkozy. Poutine est interloqué. Comme Bush ? Il réfléchit puis lâche : «Ah, là, tu marques un point.» C'est gagné : Saakachvili sauve sa tête et ses... Cet échange fleuri, épisode crucial de la geste géorgienne de Sarkozy, nous a été relaté par Jean-David Levitte, le conseiller diplomatique à l'Elysée. Normal : il donne le beau rôle au président français, auquel beaucoup, en Europe comme en France, reprochent d'avoir - par ignorance ou par calcul - trop cédé aux Russes cet été. Même le président du groupe d'amitié France-Russie à l'Assemblée, l'UMP Hervé Mariton, le dit : «Nous avons été h caricature de nous-mêmes, une France faible sur les principes.» «Ce ne sont que sornettes», répond l'onctueux Levitte, alias «Diplomator».

Sornettes ? Pourtant, ce même 12 août à Moscou, Nicolas Sarkozy affirme haut et fort qu'il est «parfaitement normal» que Moscou défende les «russophones à l'extérieur de la Russie», faisant ainsi sienne la propagande néo-impériale du Kremlin. Certes, plus tard, il assure que les Russes vont se retirer sur les positions qu'ils occupaient avant le début de la guerre. Et menace, plusieurs fois, d'en «tirer les conséquences», s'ils ne le font pas. Mais, à ce jour, les Russes ne se sont pas repliés partout. Au contraire, ils ont annexé des morceaux de la Géorgie où ils n'étaient pas présents avant le conflit : la vallée de la Kodori et la ville d'Akhalgori, à soixante kilomètres de Tbilissi. En outre, ils refusent que les observateurs européens pénètrent en Ossétie du Sud et en Abkhazie.
Qu'en dit Nicolas Sarkozy ? Rien. Mieux, ou pis, il applaudit le Kremlin. Ainsi, le 8 octobre, le président français, lors d'une conférence organisée par l'Ifri à Evian (et financée, en partie, par l'oligarque préféré du Kremlin Oleg Deripaska), remercie Medvedev d'avoir «rempli tous ses engagements». Traduction : on peut reprendre le «business as usual» avec le Kremlin et notamment les négociations sur un «partenariat stratégique», à Bruxelles. Bref, il est temps de passer l'éponge et d'accepter les faits accomplis russes dans le Caucase - un «Kosovo à l'envers», selon la formule d'Alain Mine, qui se félicite de l'habileté diplomatique de son ami Sarkozy. «Sarkozy a fait exactement ce que nous espérions : donner, de fait, la bénédiction de la France à l'annexion de l'Abkhazie et de l'Ossétie du Sud», dit un officiel russe. Il ajoute : «Rendez-vous compte, il est aujourd'hui le meilleur ami de la Russie en Europe, son meilleur avocat en tout cas. Et nous qui étions si inquiets quand il a été élu ! Qui aurait pu imaginer ce revirement ?»

Et quel revirement ! Conversion ou reniement ? Souvenons-nous. Pendant la campagne électorale, Nicolas Sarkozy milite pour la défense des droits de l'homme en Russie et contre la realpolitik façon Jacques Chirac. Il dénonce «le silence sur les 200 000 morts en Tchétchénie» et assure qu'il vaut «mieux serrer la main de Bush que celle de Poutine».
En décembre 2006, il organise un petit déjeuner «Russie» place Beauvau. En catimini, pour ne pas s'attirer les foudres de Chirac, il convie à sa table les critiques plus féroces du Kremlin à Paris. «Sarkozy nous tient alors un discours très antipoutinien, se souvient l'un des participants. Il dit que, s'il entre à l'Elysée, il invitera Garry Gasparov [le champion d'échecs devenu la bête noire de Poutine]. Et il parle avec chaleur de son ami «Micha» Saakachvili.» «A l'époque, il avait des convictions très fortes, résume son conseiller stratégique d'alors, Pierre Lellouche. Enfin, je crois...»
En retour, Poutine bat froid le candidat Sarkozy. Il refuse de l'accueillir au Kremlin quand il est invité à Moscou par son homologue de l'Intérieur. Le président russe ne cache pas sa préférence pour Dominique de Villepin, le poulain de son ami Chirac. Et quand le candidat de l'UMP est élu, le 6 mai, il attend plusieurs jours avant de le féliciter. D'autant que le premier chef d'Etat reçu à l'Elysée par le nouveau président n'est autre que... Saakachvili. «Mais, la campagne finie, dit sans ambages «Diplomator» Levitte, il fallait passer à autre chose : place à la France et à ses intérêts.»
Du jour au lendemain, l'approche sarkozyenne de la Russie change radicalement. L'hôte de l'Elysée cherche à établir des rapports personnels avec les chefs du Kremlin dont il a pourtant dit pis que pendre quelques semaines auparavant. «Tout de suite, dit un officiel russe, l'équipe de Sarkozy nous fait comprendre qu'elle veut maintenir la même coopération que sous Chirac.» C'est d'autant plus simple que le nouveau président n'a pas confié de postes clés aux partisans d'une attitude musclée envers la Russie, tel Pierre Lellouche, qui voit dans sa mise à l'écart le résultat d'une opération d'intox de Moscou. Au contraire. Les nouveaux responsables de la politique étrangère française connaissent de longue date leurs homologues russes et les apprécient. Quand Kouchner représentait l'ONU au Kosovo, Sergueï Lavrov, son alter ego à Moscou, était ambassadeur aux Nations unies. Les deux hommes se tutoient depuis des années. De même, Levitte, dont le père était russe, retrouve son ami Sergueï Prikhodko, le sherpa de Poutine (et désormais de Medvedev). Où ? A la place exacte où il l'avait quitté en 2000, quand lui-même était déjà à l'Elysée, conseiller diplomatique de... Chirac. «Diplomator» était aussi le collègue de Lavrov à l'ONU, au moment où la France et la Russie faisaient bloc contre l'Amérique et sa guerre en Irak. Tout cela crée des liens, des liens particulièrement forts.
Ce n'est pas tout. Matignon est désormais dirigé par des partisans de rapports très étroits avec Moscou. Au premier rang desquels François Fillon, lui-même (en avril dernier, il sera le premier responsable occidental à justifier publiquement le refus des candidatures de la Géorgie et de l'Ukraine à l'Otan par la nécessité de ménager Moscou) . Deux des plus proches conseillers du Premier ministre, Jean de Boishue et Igor Mitrofanoff, parlent admirablement la langue de Pouchkine et se rendent régulièrement, depuis longtemps, à Moscou. De Boishue y était déjà avec Pompidou...
Bref, tout est en place pour une relation franco-russe «intense», comme on dit au Quai-d'Orsay. D'ailleurs très vite après son arrivée aux Affaires étrangères, Kouchner fait savoir à Lavrov que la France veut être «l'interlocuteur privilégié de la Russie en Europe». L'annonce n'est pas publique mais elle est officielle. Elle revient à vouloir damer le pion à l'Allemagne. Rien de moins. Au sommet du G8, début juin 2007, en Allemagne justement, Sarkozy rencontre pour la première fois Poutine. L'homme l'impressionne. «Un vrai dur», dit-il. Même âge, même taille (ou presque), même démarche, même langage cru, ces deux-là semblent faits pour s'entendre. Nicolas essaie de charmer Vladimir. Entre deux séances de travail, il téléphone à Cécilia qui n'est pas de la fête. Il dit à Poutine : «J'ai parié avec elle que tu lui parlerais». Et il lui passe son portable. Si bien que la femme du président de la République échange quelques mots en anglais avec le maître du Kremlin, tout sourire. Politesse pour politesse, Poutine appelle quelques jours plus tard Sarkozy afin de lui annoncer une bonne nouvelle : parmi les grands groupes internationaux en compétition, il a choisi Total pour exploiter avec Gazprom le gigantesque champ gazier de Chtockman, en Sibérie. Un beau cadeau pour sceller leur amitié naissante.
Quelques mois plus tard, en octobre 2007, Poutine reçoit Sarkozy dans sa datcha. Les deux hommes font le tour des affaires en cours : le Liban, où le Russe accepte de pousser le Hezbollah et la Syrie à soutenir le candidat de la France à la présidence; le Tchad où il se dit prêt à envoyer des hélicoptères pour aider la force européenne. Après le dîner, le chef de l'Etat français briefe quelques journalistes à l'hôtel National, à deux pas de la place Rouge. Il est dithyrambique. «Vladimir est très intelligent, très au courant des affaires du monde. Et il n'est pas fermé.» Bref, il ne «correspond pas au portrait un peu binaire, un peu réduit, fait dans la presse.» En réalité, la rencontre ne s'est pas si bien passée que cela. Poutine refuse catégoriquement d'augmenter les pressions sur l'Iran. Il ne marche plus aux claques dans le dos, il s'est raidi. La méthode du KGB, dit-on à Sarkozy. Ce dernier est déçu, décontenancé. Mais il continue de poursuivre le chef du Kremlin de ses assiduités.
En décembre 2007, le parti de Poutine remporte haut la main les élections législatives. Et pour cause : elles sont truquées. Angela Merkel et Gordon Brown mettent en doute leur caractère démocratique. Pas Sarkozy qui se débrouille pour être le premier chef d'Etat à féliciter le chef de Kremlin. La nouvelle fait des vagues. Le philosophe André Glucksmann appelle l'Elysée. Il aimerait que le président en sache plus sur la réalité du pouvoir «néo-soviétique» à Moscou. Il lui propose d'écouter un grand spécialiste de la chose. Sarkozy doit bien ça à Glucksmann qui l'a soutenu pendant la campagne. Début janvier 2008, le chef de l'Etat reçoit donc, en secret, un anti-Poutine virulent, Vladimir Boukovski, l'un des dissidents les plus célèbres de l'ex-URSS, qui a passé des années en hôpital psychiatrique.
Pour la première fois, celui-ci raconte son audience à l'Elysée : «André Glucksmann voulait que j'explique à Sarkozy qui étaient vraiment les créatures au pouvoir au Kremlin, ces anciens du KGB que je connais malheureusement si bien. Pendant une heure, je lui ai dit qu'il était dangereux de faire copain-copain avec ces gens-là, qu'il n'y gagnerait rien si ce n'est un certain mépris, et qu'il risquait de se faire avoir. Il semblait d'accord.» Mais Boukovski ajoute, déçu : «La visite, très courtoise, n'a servi à rien. Sarkozy a continué ses relations ambiguës avec Poutine puis Medvedev.»
De fait au printemps 2008, il est le premier à féliciter - encore ! - le nouveau président russe, Medvedev, de sa très large (mais fort peu démocratique) élection. Puis il envoie Kouchner le jauger. Medvedev sera-t-il plus facile à manoeuvrer que Poutine ? Il est tout miel avec le ministre français. Remerciement pour le «non» de la France à la candidature de la Géorgie et de l'Ukraine dans l'Otan et... proposition d'une entente commerciale pour vendre ensemble du nucléaire civil à l'étranger ! Réponse de Kouchner, toujours la même : la France entend être l'interlocuteur privilégié de la Russie. Il promet de convaincre les autres Européens de signer un partenariat «stratégique» avec Moscou. «A mon retour, j'ai dit à Sarkozy que Medvedev n'était pas une marionnette, raconte le french doctor. Il est jeune, timide et très surveillé, mais aussi très intelligent et ambitieux. J'ai expliqué au président qu'il y avait une carte à jouer avec lui.» C'est dire si la crise géorgienne tombe mal. Elle risque de tout ficher par terre. A moins que... Sarkozy échafaude un plan : tirer profit du conflit en nouant avec le nouveau président russe, qui joue là sa carrière internationale, une relation unique. Le 2 septembre, au cours d'un déjeuner à l'Elysée, le président français décrit sa nouvelle stratégie à un groupe de spécialistes, réunis par l'incontournable André Glucksmann, notamment son fils Raphaël, la journaliste Laure Mandeville, la politologue Marie Mendras (1) et Hélène Carrère d'Encausse. «Il nous a dit qu'il pensait que Medvedev était réellement plus libéral que Poutine et qu'il fallait l'aider à renforcer sa position, dit l'une des personnes présentes à cette rencontre confidentielle. Il se voit jouer auprès de lui le même rôle que Thatcher avec Gorbatchev.» Vaste programme.
Le président français déploie cette stratégie «thatchérienne» une semaine plus tard, le 9 septembre, dans une datcha moscovite. Là, les deux hommes négocient l'application du plan en six points sur la fin des hostilités en Géorgie. Les Russes bloquent sur une phrase clé. Sarkozy menace de partir. Il lance à Medvedev : «Dimitri, t'as 42 ans, t'es un jeune dirigeant et t'as une bonne image. C'est une chance incroyable. Ne la gâche pas.» Puis il menace : «Si tu refuses, je ne pourrai pas empêcher les Européens de prendre des sanctions contre toi. Tu veux vivre comme un proscrit ?» D'après Kouchner, c'est comme cela, à la tchatche, que Sarkozy aurait arraché la signature du président russe, apparemment plus apprenti autocrate effrayé que Gorbatchev en herbe.
Thatcher ou pas, un pacte implicite est scellé. Depuis, Nicolas et Dimitri font assaut d'amabilités. D'abord, selon une source sûre, Sarkozy renonce à vendre à la Géorgie le matériel de guerre que Tbilissi voulait acheter avant le conflit, et en particulier, une corvette de surveillance maritime. Tandis qu'il accepte, concession symbolique forte, que le croiseur «Pierre le Grand», le plus grand navire de la flotte russe, fasse escale à Toulon. Et cela, quelques semaines seulement après l'invasion de la Géorgie ! Il faut dire que selon la lettre confidentielle «Russia Intelligence», Moscou pourrait bientôt acheter des bateaux de guerre français; et que le président d'Alstom, Patrick Kron, un proche de Sarkozy, vient de signer un accord faramineux avec le patron des chemins de fer russes, un intime de Poutine. Avec, à la clef, un marché potentiel de 85 milliards d'euros. Sornettes ?

(1)Marie Mendras vient de publier «Russie : l'envers du pouvoir» (Odile Jacob), Laure Mandeville «la Reconquête russe» (Grasset) et Raphaël Glucksmann, un livre d'entretiens, avec Mikheïl Saakachvili (Hachette Littératures).


19 août 2008

19 août 2008, panique à l'état-major français. Des milices sud-ossètes avancent vers le centre de formation militaire franco-géorgien de Satchkere, où sont aguerries des troupes de montagne en partance vers l'Afghanistan. Ordre est donné aux Français de ne pas tirer. Les Russes calment le jeu.


Nicolas Sarkozy

Nicolas Sarkozy (ici avec Saakachvili à Tbilissi le 12 août) est-il encore l'ami de «Micha», le francophone ? «Il a fait une grosse connerie, même les Américains lui ont dit de ne pas attaquer», répète-t-il.


Le 12 juillet 2007

Le 12 juillet 2007, Poutine annonce à Sarkozy qu'il a choisi Total pour exploiter, avec Gazprom, le gigantesque gisement gazier de Chtockman. Celui-ci alimentera, à partir de 2014, le très controversé gazoduc, North Stream, qui reliera directement la Russie à l'Allemagne, en passant sous la mer Baltique.


Vladimir Poutine

Le 8 août à Pékin, dans les coulisses du stade olympique, Vladimir Poutine enlace le dernier fils de Nicolas Sarkozy, Louis, sous l'oeil attendri de son père qui, quelques minutes avant, avait essayé de convaincre le Russe de ne pas riposter à l'attaque géorgienne en Ossétie. «Je punirai Saakachvili», lui avait dit Poutine.


Bernard Kouchner

Grosse colère de Bernard Kouchner (ici avec Medvedev) contre Jean-David Levitte , le 12 août à Moscou. Le conseiller diplomatique du président n'avait pas montré à Sarkozy le texte de l'accord que le ministre avait fait signer la veille à Saakachvili et qui comportait la mention «intégrité territoriale de la Géorgie».


Tout l'été

Tout l'été, Paris craint une agression russe en Crimée. Les services secrets français réorientent donc le satellite Hélios afin que celui-ci photographie les mouvements de troupes russes à la frontière ukrainienne. Ils ne voient pas d'activité particulière.



Vincent Jauvert
Le Nouvel Observateur
_________________
A la guerre comme a la guerre или вторая редакция Забугорнова

[Princess Margaret]

Путин в своем репертуаре. Лавров - тоже.
_________________
Все, я богата. Пока, неудачники, я вас всегда ненавидела!

о винах просто и со вкусом

[Loanka]

Как удачненько эта статейка вышла в аккурат к приезду Мишико (в своем неизменном репертуаре )...неужели случайное совпадение?
Спите спокойно!


http://news.mail.ru/politics/2168593/print/

14.11 2008, 07:33 РИА «Новости»


Саакашвили завоевывал симпатии французов, пугая их русской угрозой
ПАРИЖ, 14 ноя — РИА Новости, Владимир Добровольский. Президент Грузии Михаил Саакашвили в четверг поднимал свой политический рейтинг во Франции, запугивая французов по радио и телевидению заявлениями о российской агрессии, перекрытии энергетического коридора и о строительстве заградительной стены в Абхазии.

Саакашвили, заявления которого об ответных действиях Грузии на российскую агрессию недавно поставили под сомнение влиятельные западные издания, стремился отыграть очки у общественного мнения Франции, демонстрируя свою открытость и хорошее владение французским языком.

«Нужно очень хорошо понимать, что с того момента, когда Россия решила пересечь эту линию, когда она начала завоевывать другие страны, это просто так не может прекратиться, это продолжится», — таков был первый постулат президента, с которым он дебютировал на радио France Inter в четверг утром.

«Второй вопрос — это вопрос поставки энергии для Европы. После Грузии, если Азербайджан под мощнейшим давлением России согласится разместить 16 тысяч военнослужащих, тогда нужно сказать “до свидания” альтернативному коридору поставок нефти, надо сказать, что с этого момента Россия будет контролировать на 60% больше энергии, нефти и газа, чем сегодня», — заявил Саакашвили.

Эти же слова с незначительными изменениями услышали вечером после встречи грузинского лидера с президентом Франции Николя Саркози зрители информационно-развлекательной передачи телеканала Canal Plus, передачи которого вечером входят в «социальный пакет». Полутора часами позже он выступил с такими же обвинениями в прямом эфире спутникового телеканала France 24, транслируемого также через интернет.

Сравнивая действия российских властей с политикой Гитлера и Сталина в Чехословакии, Польше и Финляндии, Саакашвили предупреждал европейцев о возможных последствиях «попустительства»: разделения вопросов об отношениях РФ-ЕС и грузинской проблемы. При этом неизменным аргументом против России служило обвинение российских властей в строительстве «120-километровой стены наподобие берлинской».

Телеведущие не стремились прояснить детали югоосетинского конфликта, которые до сих пор являются спорными для западной публики, однако с этими вопросами к Саакашвили обратились слушатели и ведущие France Inter. Утро на радио, возможно, стало для президента самым серьезным испытанием за этот день.

Радиослушатели так и не получили от Саакашвили однозначного ответа на вопросы «кто напал первым?» и «сколько человек погибли в Южной Осетии во время грузинской агрессии?» Президент заявил, что конфликт разразился «после многих дней бомбардировок (грузинских сел), после гибели полицейских и мирных жителей», после того, как на места обстрела были приглашены послы других государств, а также после перехвата записей русских военнослужащих, которые говорили о переходе через границу русских танков.

Саакашвили выражал глубочайшее сожаление по поводу гибели во время войны жителей столицы Южной Осетии, грузинских граждан, а за пять минут до этого утверждал, что еще до конфликта русские вывезли весь город, превратив Цхинвали в «призрак».

Президент оставил без четкого ответа и ироничные выпады ведущих, в ответ на его заявления о российской угрозе спросивших: «Вы действительно думаете, что Россия хочет завоевать Европу?»
_________________
Ученье — свет, а неученье — приятный полумрак. (с) Жванецкий

[Zabougornov]

http://www.newsru.com/russia/14nov2008/oproverg.html
Путин не собирался ни за что подвешивать Саакашвили, заявили в пресс-службе премьера

Премьер-министр РФ Владимир Путин использовал жесткую риторику в адрес режима Михаила Саакашвили, однако информация французского журнала о том, что Путин намеревался "повесить за яйца" грузинского лидера, не соответствует действительности
Напомним, издание Nouvel Observateur, рассказывая о встрече 12 августа в Кремле президента Франции Николя Саркози, Дмитрия Медведева и Владимира Путина, привело ряд высказываний, якобы сделанных премьером
"Я его (Саакашвили) повешу за яйца... Почему бы нет? Американцы ведь повесили Хусейна"

Пресс-секретарь премьер-министра России Дмитрий Песков назвал инсинуацией и провокацией статью во французском журнале Le Nouvel Observateur, особенно "учитывая момент ее появления" (в пятницу в Ницце проходит саммит РФ-ЕС, на котором Евросоюз представляет президент Франции Николя Саркози - прим. ред.).

Премьер Владимир Путин действительно использовал жесткую риторику в адрес режима Михаила Саакашвили, но информация о том, что он намеревался "повесить за яйца" грузинского лидера, не соответствует действительности, заявил Песков агентству РИА "Новости".

Накануне издание, рассказывая о встрече 12 августа в Кремле Дмитрия Медведева, Владимира Путина и Николя Саркози, привело ряд высказываний, якобы сделанных премьером: "Я его (Саакашвили) повешу за яйца... Почему бы нет? Американцы ведь повесили Хусейна".

В этом же материале говорилось о некоей встрече 9 сентября в Подмосковье, на которой Саркози и руководство РФ обсуждали действия в отношении Грузии и возможную реакцию мирового сообщества. Якобы Саркози отговорил Москву свергать Саакашвили, писал Nouvel Observateur со слов дипломатического советника Елисейского дворца Жана-Давида Левита.

"Публикация подобных "цитат", да еще со ссылкой на советника президента Франции по меньшей мере вызывает полное непонимание, - прокомментировал Песков. - Что же касается опубликованного материала в целом, то здесь можно сказать одно - все окончательные решения в области внешней политики РФ принимает президент РФ Дмитрий Медведев. Владимир Путин, являясь премьер-министром страны, выполняет свои функции. Все остальное, опубликованное в статье, является полной инсинуацией, еще и провокационного характера".

Когда журналисты одной из французских радиостанций зачитали текст "угрозы" Путина самому Михаилу Саакашвили, тот нервно рассмеялся, сообщает сегодня The Times. "Мне было известно об этой сцене, но не во всех подробностях. Это забавно, хотя и не имеет значения", - приводит слова Саакашвили британская газета.

Перевод статьи из Nouvel Observateur

В четверг французский журнал впервые рассказал о сцене, произошедшей в Кремле 12 августа, сообщает InoPressa.ru. Николя Саркози встречался с Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым, пытаясь убедить русских прекратить боевые действия в Грузии и не брать Тбилиси.

Из перехваченных французскими спецслужбами переговоров ему было известно, что российская армия намерена свергнуть Саакашвили. Кроме того, Саркози знал или полагал, что знал, что Кремль создал марионеточное грузинское правительство, которому должна была перейти власть, писало издание.

Со слов дипломатического советника Елисейского дворца Жана-Давида Левита журнал публикует диалог французского президента с российскими лидерами. Саркози сказал им, что они не должны свергать Саакашвили, потому что мир этого не допустит. На что Путин ответил: "Я этого Саакашвили повешу за яйца". "Повесишь?" – "Почему бы и нет, – ответил российский премьер. – Американцы же повесили Саддама Хусейна". "Да, – сказал тогда Саркози, – но неужели ты хочешь закончить, как Буш?" Путин подумал, потом сказал: "Тут ты прав".

Таким образом, пишет автор статьи Винсан Жовер, "Саакашвили спас свою голову и свои..." Левит убежден, что Саркози сыграл огромную роль в процессе мирного урегулирования, хотя многие упрекают его в том, что он был слишком лоялен к русским. "Все это вздор", – отвечает на их обвинения Левит по прозвищу "Дипломатор".

Жовер обвиняет Саркози в том, что тот пошел на поводу у Москвы и стал демонстрировать крайнюю сговорчивость в отношениях с Путиным и Медведевым. В частности, он заявил, что Россия имеет право защищать своих граждан за пределами страны, "поддержав неоимперскую пропаганду Кремля". Саркози "фактически дал благословение на аннексию Абхазии и Южной Осетии", и теперь он – "лучший друг России в Европе".

Во время предвыборной кампании, напоминает издание, Николя Саркози выступал за защиту прав человека в России, утверждал, что "лучше пожать руку Бушу, чем Путину", обещал пригласить в Елисейский дворец в случае своей победы оппозиционера Гарри Каспарова и тепло отзывался о своем друге "Мише" Саакашвили. Владимир Путин тоже относился к нему холодно.

Но после выборов пришло время подумать о Франции и ее интересах, и тогда подход Саркози к России радикально изменился. Ключевые посты не достались сторонникам жесткого отношения к России. За внешнюю политику стали отвечать люди, давно знакомые и поддерживающие хорошие отношения со своими российскими коллегами: Бернар Кушнер, который на "ты" с главой российского МИД, и Жан-Давид Левит, который был коллегой Сергея Лаврова по ООН в момент, когда Франция и Россия выступили против США в связи с иракской войной.

В июне 2007 года Саркози впервые встретился с Путиным, который произвел на него огромное впечатление. В октябре Путин принял Саркози на своей даче, где обещал поддержать Францию на внешнеполитической арене. На встрече с журналистами Саркози восхищается Путиным, его умом и открытостью.

В декабре 2007 года, после победы на выборах "Единой России", Саркози первым из зарубежных лидеров поздравил Путина. Весной 2008 года он - снова первым - поздравляет Медведева с избранием на президентский пост.

Грузинский кризис чуть было все не испортил, но тогда Саркози придумал план – извлечь выгоду из конфликта, завязав с новым российским президентом особые отношения, пишет французский журнал. Эту "тэтчеровскую" стратегию французский президент применил уже 9 сентября, на подмосковной даче.

После этого, отмечает автор статьи, "Николя и Дмитрий состязались в любезности": Франция отказалась продать Грузии боевую технику и разрешила российскому крейсеру "Петр Великий" зайти в порт Тулона. Как сообщает издание, Москва сможет скоро покупать французские военные корабли, а президент Alstom Патрик Крон подписал выгодное соглашение с РЖД.
_________________
A la guerre comme a la guerre или вторая редакция Забугорнова